Опубликовано в журнале Арион, номер 2, 2017
![](https://magazines.gorky.media/wp-content/uploads/2019/04/golosa.jpg)
* * *
Дело было ближе к маю,
Вышел из дождей:
— Погоди, дай угадаю,
Сам ты будешь чей.
Окунь щуку покрывает,
Окуня — плотва,
Ноне щука отдыхает —
Щука худова.
Что прикормка, что проводка,
Мать твою едрить,
Видишь, сверху верховодка
У крючка царит.
Если б день еще был ясен —
Снизу брал бы язь…
Отражался в речке ясень,
Цвел у речки вяз.
Докурил, вдруг застыдился
И притух слегка,
В дождь носитель удалился,
Датый, языка.
Но еще в ушах звучала
Дивным ладом речь,
Мокрой ношей до вокзала —
До порога с плеч.
* * *
Не будет больше ни Москвы, ни Рузы,
Весны и прибывающего дня.
Ни Кая и ни кия, праздно лузы
Обмякнут без меня.
Ни с клецками похлебки флотской,
Жены не будет, женщины другой.
Не будет этой улицы Филёвской,
Ни малой, ни большой.
Не будет ни Киньяра, ни Франзена,
Ни книг, что я любил.
Господ Обамы или Ж. д’Эстена,
Сам Путин мне не мил.
Ни моря Черного, ни Украины
В составе СССР,
Земную жизнь пройдя до середины,
Я поседел.
Я преуспел
В понятии, что ничего не вечно,
Не навсегда.
Заглянешь вниз, а над вселенной млечно
Бдят города.
* * *
Галине Нерпиной
Скрипит и хлопает калитка,
По лопуху ползет улитка,
Ревет вдали соседский скот.
И вместе с садом, огородом
Мой дом проходит над восходом,
И солнце над землей встает.
К обеду набегают тучи,
И ветер рвет с навозной кучи
Клеенку, дождик моросит;
Воды до бортиков в корыте,
Земля по солнечной орбите
Летит, вращаясь вкруг оси.
Со всей своею атмосферой,
Циклонами и гидросферой,
Зверьми, растеньями, людьми,
Пресыщенная водородом,
Насыщенная кислородом.
Летят леса, поля, холмы.
Но с запада лягушки хором
Запели, за худым забором
Зарозовела лебеда.
Темнеет над Геленопонтом,
И к северу над горизонтом
Встает полярная звезда.
Идет зима, пока вы спите,
Я прокатился по орбите.
В своем пространстве временно´м
Висят созвездья над сугробом.
Пру! Слава Богу, с Новым годом,
Между весами и стрельцом.
ПАРАД
Воздушный принимал парад
Я как-то утром на балконе,
И предо мной, как на ладони,
Летели в Кубинку назад
Су, Ми, Ка, Илы, стройно в ряд.
Летели «лебеди», «стрижи»,
Ми, Ка, Ту, Су, другие птицы,
Сверкая в небе, как ножи,
Летели стайно над столицей,
В строю забыв про виражи.
Летели «беркуты», Ту, Су,
Ми, Ка и даже «аллигатор»
Являл вождю свою красу,
И белозубый авиатор
Тайком вгрызался в колбасу.
Ка,Ту, Су, Ми… С утра не ел,
Но сожалел, что без горчицы…
А день все ярче голубел,
В нем точкой воробей летел,
Летели горсточкой синицы.
* * *
Даже таджики еще не прошли,
К бакам не выехал мусоросборник,
Вот и перрон показался вдали:
Касса, часы, измененья на вторник.
Как я любил эти будние дни —
С птичьей трехлапкою и с ледобуром,
Промельки скорых, вокзалов огни,
Всех мужичков с нехорошим прищуром.
Как я из лунки любил выгребать
Льдинки украденной с кухни шумовкой,
Мать вспоминать — изрекать твою мать,
Нежно юродствовать над трехлитровкой.
Бдящий над прорубью, вечности страж,
Обогревающий рифмой окрестность,
Так и вмерзаю в российский пейзаж,
В эту суровую жуткую местность.
Так и запомнят до дрожи меня
Этих мостков задубевшие сваи,
Лес, исчезающий в сумерках дня,
В ржавом закате кривые сараи.