Опубликовано в журнале Арион, номер 2, 2014
![](https://magazines.gorky.media/wp-content/uploads/2019/04/golosa.jpg)
* * *
Алло, Баратынский, «о ты,
Который сочетал
С чувством вкус
И ум и слог примерный», —
Я твой читатель в веках —
Веку твоему поклоняюсь —
Век наш еще более железный,
Нежели твой (Сумарокова века тем паче —
О, люты человеки!
Преобразили вы златые веки
В железны времена)…
Лютый лютует, к совести взывает подавленный,
Ржа разъедает душу, хотя мы возводим мосты,
Коробим башнями воздух
И в небо запускаем пироскафы,
Самого человека все более загоняя
Внутрь им же измышленных приборов,
Дабы он не мешал размножению
Все тех же приборов,
И если чего у нас стало больше,
По сравнении с веком твоим,
Это — прошлого…
И человек нужен нашему веку
Скорее только для рифмы
В силлаботонических виршах
Моих друзей в поколении,
И пусть у них не всегда сочетается
Ум с чувством и тем более со вкусом,
Но им, по моему, все-таки тоже
Любезно твое бытие,
Мнением с толпой не слившееся,
Взывающее к нам…
ТИХИЙ ТЮБИНГЕН
Тихий Тюбинген с мудрым университетом
Где ума набирались Гельдерлин Гегель и Шеллинг
Где ныне на стене богословского факультета
На недосягаемой высоте красуется надпись —
«Здесь блевал Гёте» —
Здесь неспешно катит воды свои неглубокий Некар
Мимо невысокой башни безумного поэта
Тот твердил — лишь поэт призван быть на земле человеком
Здесь ныне хранит его мятежный дух двухэтажный музей
И если вглядеться ночью веселым студенческим оком
В одно из этих темных окон
То можно будет увидеть как призрак поэта
Двоится в глазах беседуя с фантомом философа
Уверяя того — что мировой дух поэзии исполнен
Что только поэты удостаивают памяти настоящее
И только поэты способны в скудное время
Скорбный мир с головы на ноги поставить
Этот мир который молчит как рыба в воде
И как рыба гниет с головы
Но тихий мир Тюбингена уж не слышит поэта
И скудный наш век не понимает философа
И лишь хлопотливые хранители мудрых мыслей
Стирают звездную пыль с непрочитанных манускриптов
ЭКЗОТИЧЕСКИЕ ПТИЦЫ. ВАСИЛИЙ КАНДИНСКИЙ, 1912
Из птиц вылетели яйца
И разбились в небе
Из некоторых на лету
Вылупились птенцы
И некоторые из них тут же
Снесли золотые яйца
Которые упали на землю
И на земле разбились
Но из одного из них
Вылупился художник
Которого ценители живописи
Стали закидывать шапками
Но шапки превратились в птиц
И художника унесли в небо
* * *
Небо рисует себя самоё
Белый объем облаков
Синяя бездна тверди
Море рисует себя самоё
Светлая линия горизонта
Синяя хлябь бездны
Земля рисует себя самоё
Темная персть
Из которой произошли люди
Белая даль
Когда наступает зима
И вот уже я
Сам по себе
Рисую сам себя
Светлое
Во тьме блуждающее пятно
Темное
Свет застилающее пятно
Среди других блуждающих пятен
Исчезающее пятно
* * *
Русский язык
Как-то не к лицу русскому народу
Повернувшему лицо свое на запад
Вот стоит народ
Переминается с ноги на ногу
Разводит руками
Головой качает
Вот и весь разговор
Или еще русские дамы
Говорят что жизнь это шопинг
Говорят не шепотом
Громко
Шопинг это хорошо организованный
Оргазм
А несмышленым чадам говорят свыше
Говорят по-русски —
Егэ, егэ,
Егэ сдавать надо!
И тогда все уже ого как будет
Если не придет снова
Отмененное историками иго
А народ безмолвствует
И сдает пустые бутылки
* * *
Вспоминая и воображая,
Я подумал, даже их не видя,
О, как они невеликодушны,
Как они недальновидны,
Как они несправедливы,
Когда они рассуждают о нас!
Так я подумал и устыдился:
А как мы невеликодушны,
Как мы недальновидны,
Как мы несправедливы,
Когда мы осуждаем их
За то, что о нас они рассуждают!
И тут я еще подумал,
И я еще устыдился —
Какое я имею право
Думать за нас и за них за всех:
О, как я невеликодушен,
Как я недальновиден,
Как я несправедлив…
* * *
Как изумительно зреет зима —
Целого года седая омега,
Она не трясется над зернами снега,
Просто ссыпает земле в закрома.
Ветер весенний неизъясним —
Он возвращает рекам свободу,
Дарит живую и мертвую воду
Тем, кто разделит дыхание с ним.
Лета хватает на тысячу лет!
Небо не может в себя наглядеться,
Всё для того, чтобы сердцу согреться
Даже у тех, у кого его нет!
Осень добавит здоровых забот!
Радуйся ранней, советуйся с поздней —
Осень не строит неведомых козней —
Снова к разумной зиме приведет!