Опубликовано в журнале Арион, номер 3, 2006
![](https://magazines.gorky.media/wp-content/uploads/2019/04/golosa.jpg)
СЛОВО ОБ УТРАЧЕННОЙ НЕВИННОСТИ
О, лицемер!
В саду родителей моих лелеяла я мой виноград,
И помыслы были чисты.
Явился ты,
С перьями в голове,
С кимвалом, бряцающим в каждом ухе,
Смутил мысли мои,
И не выключая плейера
Лишил меня моего винограда.
На утренней заре обойду я город
И спрошу городскую стражу с повязками на рукавах:
Не видали ль вы вероломного тинейджера,
Не проходил ли сей
С разноцветными перышками в волосах,
С кимвальчиком, бряцающим в каждом ушке?
Ищи ветра в пустыне, голубка… — хором ответит стража.
На утренней заре обойду я город и расставлю силки
Из незаметной глазу нити капроновой,
Крепкой как смерть.
Отборным белым зерном — смехом своим жемчужным,
Ласковою речью приветливой — гули-гули и цып-цып-цып, —
Взглядами быстрыми,
Одеждами разноцветными
И движениями суетливыми
Поманю тебя,
О, голубь мой,
И поведешься ты на манок,
Ибо поклевав однажды моего винограда,
Захочешь еще.
Тогда схвачу тебя слабой дланью моею
И не отпущу,
Но повлеку в сад родителей моих,
О, возлюбленный мой,
И за долгие годы счастливой-совместной
Я уничтожу тебя,
Физически и морально,
Ибо с твоей помощью,
О, мой безрассудный,
С Высшего позволения и с твоей помощью
Я повзрослела.
СЛОВО О ЯРМАРКЕ
слышных издалека,
с возов, везущих яркие пряники,
с ярма, с хомута, с челнока.
Ярмарка открывается раньше раннего,
прямо со слога “яр”,
прилавки ее цепляют внимание,
выставляют товар.
Она рядится, она собирается,
роется в груде тряпья,
в ста зеркалах сама себе нравится,
сразу от буквы Я.
Не за туманами едут, с карманами,
где серебро и медь,
за макаронами-за тюльпанами-за телефонами-за бананами,
и только один — смотреть.
Кто за травой лекарственной арникой,
кто ворожить за пятак.
Кто ж он такой, смотрящий за ярмаркой,
вор или просто так?..
РЯДОМ С ВОКЗАЛОМ
Огненнокудрая Хлоя сидит на компьютерном стуле,
Не отрываясь глядит на экран монитора,
Легкими пальцами клавиши перебирает,
Или ломает, на ощупь найдя, шоколадную плитку,
Что перед нею лежит на развернутой фо╢льге.
Крики ослов за окном, перебранка торговцев,
Свист маневровых, диспетчеров переговоры…
Хлоя верстает статью. Читать ее без шоколада
Невыносимо. В наушниках джаз полыхает,
Армстронг хрипит, солирует Дизи Гиллеспи,
Альт-саксофон не спеша устремляется в небо.
Дева глаза поднимает, смотрит в окно удивленно:
Ветви в снегу, заснеженные семафоры.
— Как надоела зима! — произносит она.